Человек, следующий за мечтой

Человек, следующий за мечтой. Это о Вере Николаевне Захаровой.

Мы познакомились с ней в далёкие «нулевые», когда вместе работали в редакции городской газеты «Киин куорат». Выпускница физфака ЯГУ, с опытом муниципальной службы, почти мастер спорта по лыжам… и вдруг журналистика. Нам тогда казалось, что это было внезапное решение. Для меня, молодой, и вовсе непонятное: как можно после тридцати кардинально менять профессию? В голове прочно сидело убеждение: «До 30 лет человек должен определиться с делом всей жизни».

Но чем ближе я узнавала Веру, тем яснее становилось: существует и другой способ жить. Не по шаблону, не «как принято», а так, как чувствуешь и выбираешь сама. И возраст здесь ни при чём. Вера поставила перед собой цель и шаг за шагом двигалась к ней. Журналистика стала для неё этапом роста и самопознания. Затем была должность начальника пресс-службы Наркополиции, она работала вдохновенно и результативно.

Позже я встречала её уже в коридорах госслужбы – неизменно приветливую, интеллигентную, вдумчивую и искреннюю.

А.И.Шапошникова, член Союза писателей России и Союза журналистов России, Заслуженный работник культуры РС. Фото из личного архива В.Н.Захаровой

И потому моё удивление было искренним, когда прошлой осенью она написала: учится очно, на втором курсе Литературного института им. А. М. Горького в Москве. После выхода на пенсию у нее снова резкий поворот судьбы!  Вера поступила на отделение художественного перевода и учится у самой Аиты Ефимовны Шапошниковой, писателя- переводчика, подарившего русскоязычному читателю «Тыгын Дархан» Далана, «Бубенцы над Леной» Павла Харитонова, «Томмоо» и «Гром гремит» Николая Калитина, «Сон шамана» Алексея Кулаковского, олонхо «Дугуйа Бөҕө» Максима Аммосова и многие другие фундаментальные произведения.

Вера Захарова с руководителем и однокурсницами. Фото из личного архива В.Н.Захаровой

Сейчас Вера в Якутске на каникулах. Мы встретились за чашкой кофе.

-Ты меня удивляешь, – призналась я, не скрывая восхищения.  Хотя, возможно, гены есть гены: она ведь родная сестра поэтессы Умсууры. Может, поэтому ее всё время тянет к творческим профессиям?

-После 23 лет муниципальной и государственной службы захотелось творчества, – улыбается Вера.

-Захотелось и сделала. Молодчина. Скажи, как ты думаешь, в чём сегодня смысл перевода с якутского на русский и обратно?

-Ни для кого не секрет: с каждым поколением  (и это касается всех коренных народов России и СНГ, включая русский) национальные языки теряют своё идентификационное богатство. Словарный запас беднеет, слова уходят вместе с укладом жизни, меняющимся бытом, технологиями. Русский язык наполняется англицизмами, а в якутский и другие языки малочисленных народов всё активнее проникают русские слова.

Прежде всего, художественный перевод с якутского на русский нужен нам самим – нашей молодёжи. Им сложно сразу воспринимать насыщенный литературный язык. Чтобы вернуть их к истокам, русскоязычную молодёжь нужно сначала заинтересовать текстами на понятном им языке. Прочитав произведение по-русски, возможно, они захотят обратиться к оригиналу. Ведь на глубинном, подсознательном уровне они всё равно принадлежат саха. Генетику не отменить: своё отзовётся в крови даже при слабом знании родного языка. А дальше, уверена, пойдет интерес к своей культуре, языку, истории, литературе, философии своего народа.

-Словно сняла с языка, – говорю я. – Недавно предлагала издательству перевести роман «Ньырбакаан» Д. Н. Пономарёва-Дьолуолаах. Это ведь в первую очередь нужно нашей молодёжи. Я рассказывала ребятам о книге – они загорелись. Но, пролистав первые страницы, даже сахаязычные, смотрели с надеждой: а перевода нет?

-Сейчас и молодёжи, и многим из среднего поколения нелегко даётся богатый литературный язык, – кивает Вера. – Посмотрите, как мы порой говорим: «бааһынайдыы». Когда речь становится смешанной, мы разрушаем силу и энергетику языка. К языку нужно относиться с уважением.

-Иногда кажется, что человек, не знающий родного языка, обделён самым ценным.

-Родной язык даёт человеку опору. Самоидентификация – основа гармоничного развития личности. Если бы могла, я законом обязала родителей до семи лет дать ребенку родной язык. Это дар и благословение предков. А якутский язык – ещё и инструкция по выживанию в самых суровых условиях. Лишая детей этой инструкции, мы лишаем их ориентира и родовой силы. Поэтому, дорогие родители, учите детей родному языку. Не отнимайте у них самое сокровенное и сакральное богатство, которое передавалось из поколения в поколение сотни и тысячи лет.

***

P.S.: Вера Захарова перевела мой рассказ «Хоноһо», написанный ещё в те годы, когда мы работали в газете «Киин куорат». В русском переводе он получил название «Даёшь постояльцев!». И, на мой взгляд, перевод удался, ведь главное в нём не буква, а передача национального характера и духа произведения.

Активные ссылки на рассказы на якутском и русском языках.

***

Туйаара НУТЧИНА,
Aartyk.Ru

На фото: Туйаара Нутчина и Вера Захарова