Тираны и их жертвы

Фильм Аполлинарии Дегтяревой «Присутствие» о домашнем насилии, пик которого пришелся в пандемийные времена.
Аполлинария, как оказалось, японовед. Поэтому неудивительно, что фильм выстроен в одной локации с жестким японским минимализмом. Нарастающий психологизм, развитие сюжета, интрига сохраняются вплоть до кульминационного момента. Это впечатляет. Впечатляет и игра Анастасии Алексеевой, актрисы театра Олонхо. Настя настоящая актриса, которая не боится показаться некрасивой на экране (как некоторые), полностью погружена в образ, и это захватывает. У молодой актрисы есть какая-то магическая притягательность, и это ощущается во всем, чем бы она ни занималась. Она сказительница олонхо, певица, актриса кино и театра.

В художественном воплощении фильма, мне показалось, что чуть-чуть не хватило игры света и теней.

***

Теперь об актуальности фильма.

Весной 2020 года с одним знакомым сидели в машине и обсуждали общую тему. Рядом с автостоянкой стоял 9-этажный дом. Пока сидели и разговаривали, заметили, что из подъезда дома вышла женщина. Длинное стеганое пальто, руки в карманах, на голове капюшон. Так как на улице особо никого не было, женщина невольно привлекла наше внимание. Вроде ничего не происходило, но в ее походке улавливалось что-то странное, как будто тело двигалось само по себе. Не прерывая беседу, мы проследили за ней глазами. Вот она подошла совсем близко. Бледное сухощавое лицо, взгляд отрешенный, половина лица с левой стороны, начиная с виска до подбородка, синевато-желтоватого оттенка… Под капюшоном вязаная шапка. А из вязаной шапки был заметен марлевый бинт с засохшей кровью (!). Я с вопрошающим взглядом повернулась к знакомому:

– Да-а… Сейчас будет всплеск домашнего насилия…

2020 год. Неизвестная эпидемия, каждый день сводки о заболевших, умерших, везде карантин, паника, штрафы, изоляция, дистант, слухи один другого страшнее. Люди напуганы, кругом тревога, истерия. Изоляция от внешнего мира, от привычной жизни кардинально ударила не только по экономике, но и по психике людей. Мир изменился на до и после.

Кто-то во время ковида потерял работу, соответственно, потерял средства к существованию. Долги, кредиты, беспомощность, изоляция. А большинство молодых семей живут в съемных, душных, маленьких квартирах. Кто-то начинает злоупотреблять. И начинается ад.

Из официальной статистики: во время режима всеобщей самоизоляции, введенного в России из-за эпидемии коронавируса, количество случаев домашнего насилия выросло в 2,5 раза. Во время пандемии — в 2020 и 2021 годах — жертвами домашнего насилия стали более 70% всех убитых в России женщин.

Страшно? Страшно.

Многие недоумевают, почему женщины терпят издевательства, побои мужа, сожителя, жениха. Почему не разводятся, почему не спасаются?

Люди, которые профессионально занимаются реабилитацией жертв домашнего насилия, говорят, что домашние тираны – это особый тип людей. Они опутывают манипуляциями своих жертв так искусно, что у жертвы полностью или частично обнуляется самоидентификация. Человек перестает быть автономным существом. Стирается возможность оценивать ситуацию объективно. Жертва полностью подчиняется воле тирана. Мало того, она начинает испытывать чувства к своему тирану – стокгольмский синдром.

Если в семьях было насилие, дети, став взрослыми, неосознанно начинают копировать поведение домашнего тирана. Таким образом насилие передается как родовая программа от поколения к поколению. Редко кто выпутывается из этой разрушающей программы.

С развитием соцсетей сейчас многие жертвы домашнего насилия стали открыто рассказывать о своих проблемах. Так что, Аполлинария Дегтярева своим фильмом «Присутствие» затронула одну из самых острых социальных проблем.
Как психологический триллер фильм тяжелый, и вполне допустимо, что зрителей в зале будет немного. «Присутствие» – это, скорее, как картина со своим стильным почерком в галерее якутских фильмов. Картина, несомненно, внесла свою лепту в якутское киноискусство.

***

Туйаара НУТЧИНА,
Aartyk.Ru